Аналитик предупредил о структурном кризисе на рынке металлов из-за бума ИИ и геополитики
Глобальная промышленность входит в сложный период, который эксперты уже окрестили «новой эрой стратегического дефицита». Рынок ключевых промышленных металлов в 2026 году столкнулся с беспрецедентным давлением, вызванным мощным стечением обстоятельств: взрывным ростом спроса со стороны высоких технологий и ужесточением регуляторных мер в основных странах-производителях. Такую оценку ситуации в интервью РИА Новости дал аналитик товарных рынков Cbonds Виктор Поплавский.
Эксперт обратил внимание на уникальность текущего момента.
«С начала 2026 года рынок металлов вступил в «новую эру стратегического дефицита». Одновременно с ростом спроса на инфраструктуру ИИ мы наблюдаем жесткие государственные регулирования предложения в Китае и Индонезии», — подчеркнул Поплавский.
Получается, что мощные силы с двух сторон — спрос и предложение — сжимают рынок, создавая фундаментальную основу для долгосрочного роста цен и конкуренции за ресурсы.
Макроэкономический фон только усугубляет эту тенденцию. Снижение ключевой процентной ставки в Соединенных Штатах и сопутствующее ослабление американского доллара делают сырьевые товары, в том числе промышленные металлы, крайне привлекательным активом для крупных инвесторов. В условиях нестабильности деньги ищут надежную защиту от инфляции и валютных рисков, находя ее в материальных активах, чья ценность подкреплена физическим дефицитом.
Особенно драматичная ситуация сложилась на рынке меди. Этот металл, без которого невозможно представить современную электротехнику и энергетику, испытывает двойной удар. С одной стороны, постепенно истощаются старые, разрабатываемые десятилетиями месторождения. С другой — новые проекты по добыче сталкиваются с постоянными задержками, связанными с удорожанием финансирования, длительными согласованиями и ужесточением экологических норм. А спрос между тем только растет, подпитываемый двумя мегатрендами: строительством гигантских дата-центров для искусственного интеллекта, потребляющих колоссальное количество энергии, и глобальной модернизацией энергетических сетей для перехода на возобновляемые источники.
На рынке электронной промышленности настоящим «звездным» игроком стало олово. Цены на этот металл достигли впечатляющей отметки в 49 412 долларов за тонну. Такой скачок объясняется идеальным штормом на стороне предложения. Гражданская война в Мьянме, одном из ключевых поставщиков, привела к сокращению поставок примерно на 40%. Параллельно с этим Индонезия, другой крупнейший производитель, ведет активную борьбу с нелегальной добычей, что также сказывается на объемах, поступающих на мировой рынок. При этом аппетиты потребительской электроники и автомобильной промышленности не снижаются.
Не отстает по динамике и никель. Его стоимость уверенно ползет вверх, чему способствует политика Джакарты. Индонезия, обладающая крупнейшими в мире запасами никеля, последовательно сокращает экспортные квоты на добычу, делая ставку на развитие собственной перерабатывающей промышленности. Это напрямую ограничивает предложение для остального мира.
Литий, ставший синонимом эры электромобилей, также демонстрирует напряженность баланса. Спрос из Китая и Европы, двух главных драйверов «зеленого» перехода, поглощает все доступные объемы. Ситуацию усугубляет приостановка работы нескольких крупных шахт, что снизило общее предложение примерно на 3%. Этого, казалось бы, небольшого процента оказалось достаточно для того, чтобы начать истощение складских запасов, что является тревожным сигналом для всех производителей батарей.
Удивительную ценовую устойчивость показывает алюминий. Как пояснил Виктор Поплавский, Китай, являющийся альфой и омегой этого рынка, по сути, достиг потолка экологически допустимой добычи в 45 миллионов тонн. Дальнейшее наращивание мощностей становится крайне сложной задачей. К этому добавляются перебои с поставками бокситов из Гвинеи и Бразилии, а также внутренние энергетические проблемы в самом Китае, где производство алюминия является одним из самых энергоемких процессов. Все вместе это создает прочный фундамент для дефицита.
Рынок цинка, по словам эксперта, поддерживается активными стимулирующими мерами китайского правительства в строительном секторе, который является основным потребителем этого металла. Однако дефицит цинкового концентрата сохраняется из-за целого ряда внешних факторов: природных катаклизмов и серьезных логистических проблем в таких странах-поставщиках, как Бразилия, Демократическая Республика Конго и Россия.
Подводя итог, Виктор Поплавский делает масштабный вывод о трансформации самой роли промышленных металлов в мировой экономике.
«Промышленные металлы перестали быть просто сырьем — они стали валютой технологического суверенитета. В условиях торговых войн и фрагментации рынков безопасность цепочек поставок становится ключевым фактором мировой экономики, превращая металлы в инструмент «геополитического влияния»», — резюмировал аналитик.
Таким образом, битва за ресурсы выходит далеко за рамки экономической эффективности, превращаясь в элемент стратегического планирования и национальной безопасности для ведущих держав мира.