Он обещал, что за всё заплатят иностранцы. В итоге платят американские компании, домохозяйства и федеральный бюджет. Решение Верховного суда лишь зафиксировало то, что экономика показала раньше: тарифная ставка оказалась политикой высокой цены и низкой отдачи.
Дорогой эксперимент без результата
Решение Верховного суда, отменившее значительную часть импортных пошлин, введённых Дональдом Трампом, — это удар по его экономической стратегии. Но одновременно — шанс аккуратно отступить.
Плохая новость для Трампа очевидна: ключевой инструмент его промышленной и торговой политики признан превышением полномочий. Суд постановил, что использование чрезвычайных экономических полномочий для фактического введения налога требовало одобрения Конгресса.
Хорошая новость — менее публичная. Теперь у администрации есть формальный повод свернуть курс, который за год не дал обещанного эффекта.
Исторический максимум и дефицит
За последний год импортные пошлины США выросли до максимальных уровней примерно за столетие. Логика была простой: сократить торговый дефицит, вернуть производство, создать рабочие места.
Но экономика не реагирует на лозунги.
По данным Бюро экономического анализа, торговый дефицит США в 2025 году составил около 900 млрд долларов — практически на уровне предыдущего года. Это не похоже на структурный разворот.
Причина проста и неприятна: торговый дефицит — это отражение внутреннего макроэкономического дисбаланса. Если страна тратит больше, чем производит, она импортирует разницу. Тарифы не меняют эту фундаментальную пропорцию. Они лишь перераспределяют издержки.
Параллельно бюджетный дефицит в 2025 году, по данным Бюджетного управления Конгресса, составил около 6% ВВП. Прогноз на следующее десятилетие — выше 6% при неизменной политике. В такой конфигурации ожидать устойчивого сокращения торгового дефицита было бы экономически глупо.
Где рабочие места?
Одно из центральных обещаний — возвращение фабрик и рабочих мест.
Факты скромнее.
В 2025 году производственный сектор США потерял около 50 000 рабочих мест. Объём промышленного выпуска остался практически без изменений. Экономический рост замедлился по сравнению с предыдущим годом. Уровень безработицы вырос с 4% в начале второго срока Трампа до 4,3%.
Тарифы оказались налогом на цепочки поставок. Производство в XXI веке — это не локальный цех, а глобальная сеть. Повышение стоимости комплектующих автоматически снижает конкурентоспособность конечной продукции.
Инфляция: кто на самом деле платит
Трамп неоднократно утверждал, что бремя пошлин ляжет на иностранные компании. Однако исследования Федеральной резервной системы показали: около 92% издержек от повышения тарифов несут американские домохозяйства и бизнес, пишет издание 19fortyfive.com.
Это объясняет, почему инфляция держится около 3% — практически на уровне начала второго срока. Тарифы не стали «бесплатным инструментом давления». Они превратились в скрытый налог.
Ирония в том, что протекционизм, задуманный как защита покупательной способности американцев, в итоге её подтачивает.
Экономическая история редко вознаграждает упрямство. Особенно когда цифры не подтверждают тезисы.