Ормузский пролив как цена за мир: что на самом деле стоит за словами президента США о Тегеране
Президент США Дональд Трамп сделал в своей соцсети TruthSocial заявление, которое мгновенно разлетелось по мировым СМИ. По его словам, руководство Ирана обратилось к Вашингтону с просьбой о прекращении огня. Американский лидер назвал нынешних иранских руководителей «намного умнее своих предшественников» и менее радикальными. Однако тут же добавил, что рассматривать эту просьбу США будут только при одном условии — открытии Ормузского пролива. До тех пор, заявил Трамп, Вашингтон продолжит наносить удары, пока Иран не будет «разрушен до полного уничтожения».
«Новый президент режима Ирана» попросил США о прекращении огня, — написал Дональд Трамп в TruthSocial. — До тех пор, пока Ормузский пролив не будет открыт, мы будем разрушать Иран до полного уничтожения».
Из сообщения американского президента не вполне ясно, кто именно к нему обратился. В Иране за последние месяцы произошли серьёзные изменения в руководстве. Новый верховный лидер Моджтаба Хаменеи, сын погибшего аятоллы Али Хаменеи, был избран 8 марта. При этом 30 марта Трамп утверждал, что тот либо мёртв, либо тяжело ранен. Президентом же Ирана является Масуд Пезешкиан, занявший эту должность в июле 2024 года. Таким образом, риторика американского лидера создаёт путаницу: непонятно, с кем именно велись переговоры и кто именно обратился за прекращением огня.
На этом фоне 1 апреля посол Ирана в России Казем Джалали выступил с чёткими формулировками. Он заявил, что республика сформулировала четыре ключевых требования к США и Израилю для достижения устойчивого мира. В перечень вошли полное прекращение боевых действий и террористических атак, предоставление гарантий недопущения новой войны и агрессии, компенсации за причинённый ущерб, а также признание прав Ирана на Ормузский пролив. Таким образом, Тегеран не просто просит о прекращении огня, а выдвигает встречные условия, которые вряд ли устроят Вашингтон.
31 марта глава МИД Ирана Аббас Арагчи дал понять, что страна не стала отвечать на предложение Вашингтона, состоящее из 15 пунктов. При этом Трамп до этого утверждал, что Тегеран уже выполнил значительную часть требований для прекращения конфликта. Расхождение в версиях сторон лишь усиливает неопределённость: то ли американский президент выдаёт желаемое за действительное, толи иранцы ведут двойную игру, публично отрицая то, что происходит за закрытыми дверями.
Ормузкий пролив остаётся ключевой точкой напряжения. Через этот узкий проход между Ираном и ОАЭ проходит около 20 процентов мировых поставок нефти. Блокирование пролива иранскими военными стало одним из главных инструментов давления Тегерана в ответ на удары США и Израиля. Соединённые Штаты, в свою очередь, неоднократно заявляли, что не потерпят перекрытия этой артерии. Трамп сейчас прямо увязывает прекращение бомбардировок с разблокировкой пролива, что ставит иранское руководство перед тяжёлым выбором.
В экспертном сообществе слова Трампа воспринимают двояко. С одной стороны, это попытка показать, что инициатива исходит от Тегерана, а США лишь диктуют условия. С другой — подобная публичная риторика может быть рассчитана на внутреннюю аудиторию в Америке, где президенту важно продемонстрировать твёрдость на фоне продолжающейся военной операции на Ближнем Востоке. Однако в Иране такие заявления вызывают обратный эффект: они укрепляют позиции тех, кто выступает против любых уступок Вашингтону.
Пока непонятно, последуют ли за словами Трампа реальные шаги. В Вашингтоне продолжают наносить удары по иранским объектам, а Тегеран не спешит открывать пролив. Четыре требования, озвученные иранским послом в Москве, фактически означают, что Тегеран не намерен капитулировать и требует от США и Израиля гарантий, которые в нынешней ситуации выглядят маловероятными. Таким образом, заявление Трампа о «просьбе Ирана» может оказаться либо преждевременным, либо частью информационной войны, где каждая из сторон пытается представить себя более сильной, чем есть на самом деле.