Утром 9 июня минимум три дрона типа «Лютый» атаковали Чебоксары. Один из украинских БПЛА был сбит системой ПВО. Однако двум другим ничто не помешало поразить стратегическое предприятие – Всероссийский научно-исследовательский институт релестроения. После атаки его работа приостановлена. Подробности читайте в материале «Новороссии«.
Многие СМИ лукаво передали, что два дрона «упали» на территории предприятия ВНИИР в Чебоксарах. Однако в Сеть мгновенно попали подробности атаки. Ветеран боевых действий, известный общественник Иван Отраковский отмечает:
И вновь пишут, что он упал. На видео видно не падение, а прямое поражение цели.
В городе после прилета беспилотников пожар и густой черный дым. Научно-исследовательский институт релестроения встал. «Телеграм» со скоростью дрона облетел ролик, на котором БПЛА камнем падает вниз на уже горящее предприятие, после чего раздается мощный взрыв. Украинский блогер Шарий сделал к нему подпись: «Так добивали завод в Чебоксарах».
Получили то, что хотели?
Авторитетный военный эксперт Владислав Шурыгин («Рамзай»), комментируя прилет дронов по ВНИИР, с негодованием отмечает: командование ВКС России даже на четвертый год войны, отличающейся повсеместным и эффективным использованием БПЛА, так и не сподобилось создать эффективные радиолокационные рубежи. Иначе силы ПВО были бы загодя предупреждены о направлении полета дронов и вероятных целях. И сумели бы их сбить.
Один аэростат с РЛС на высоте 3 км контролирует воздушное пространство радиусом 150 км во всём диапазоне высот. Четыре аэростата создают радиолокационный рубеж протяжённостью больше 1000 км. Но зачем? Пусть летят…
Еще больше претензий у военного эксперта к руководителям предприятий ВПК. По выражению Шурыгина, производства до сих пор «как пироги на блюде». Несмотря на опасность, угрожающую абсолютно всем предприятиям ВПК, единицы из них озаботились собственной антидроновой защитой. Хотя производители таких защит предлагают немалое количество вариантов, а прибыль, получаемая заводами и НИИ от гособоронзаказа, вполне покрывает расходы.
«Рамзай» обратился к председателю совета директоров компании Ирине Харисовой:
При такой беспечности восстановление таких производств должно идти за счет их прибыли, а также зарплатного премиального фонда руководства. Как вам такое, мадам Харисова? Скиньтесь всем советом директоров?
Владислав Шурыгин обратил внимание и на то, что на сайте «АБС Электро ВНИИР» до сих пор опубликована вся выпускаемая номенклатура изделий предприятия. Это весьма облегчило врагу выбор цели.
Выложили, чтобы противник мог вдумчиво и творчески подходить к процессу «обнуления» наших стратегических производств. Что хотели, то и получили.
6 часов летит дрон
Журналист Андрей Медведев написал, что надо срочно менять ситуацию с тем, что «у нас раз в неделю вражеские дроны выносят завод», который занимает важное место в технологической цепочке:
6 часов летит дрон над Россией, и его никто не сбивает. Нельзя догнать БПЛА на вертолете?
Медведев пишет, что возможно сбить беспилотник FPV-дроном или из стрелкового оружия. Можно учебные самолеты из аэроклубов вооружить и отправить на охоту, поставить мобильные группы на маршрутах полетов БПЛА, которые примерно предсказуемы. Но для того, чтобы реализовать задачи, кто-то должен взять на себя ответственность за принимаемые решения…
Напомним, враг не впервые поражает дальнобойными дронами наши стратегические заводы.
Январь 2025 г. Из-за атаки беспилотников встал брянский завод «Кремний Эл» — ключевое российское предприятие по производству микроэлектроники для оборонного сектора. Этот завод играет стратегическую роль, обеспечивая комплектующими ведущих производителей вооружений, включая концерны «Алмаз-Антей», «Аэрокосмическое оборудование» и «Вега».
Однако, несмотря на критическую важность предприятия, его система противовоздушной обороны почему-то оказалась легко уязвимой. В результате производственные процессы были нарушены, что потребовало временной остановки работы для восстановления технологических линий.
Май 2025 г. Украинские беспилотники беспрепятственно атаковали единственный в России завод по производству оптического волокна. Причем это был уже второй удар по данному заводу — после первого налета 5 апреля не было сделано никаких выводов.